Быстрая мода: настоящая цена дешевой одежды

Французы или итальянцы, возможно, считают себя главными модниками в Европе, но самые большие любители шопинга - именно британцы.

Британцы покупают больше одежды, чем их соседи, и в пять раз больше предметов гардероба, чем в 1980-х.

То, что некогда было ежемесячным "подарком" ко дню зарплаты, теперь превратилось в рутину каждых выходных - а, возможно, и чаще. Но кто может нас в этом обвинить?

Если быстро пробежаться по магазинам в центре города, вы найдете множество платьев по цене менее 10 фунтов, а новое бикини можно купить вообще за 1 фунт.

Благодаря глобализации вещи производят в отдаленных странах за небольшие деньги, и мы получаем больший выбор и низкие цены.

Но как такое вообще возможно? И как наша привычка покупать влияет на окружающую среду? Взаимоотношения между покупателем и индустрией моды, возможно, перестают работать эффективно.

В рамках расследования BBC Radio 4 для программы Today мы проехали от Испании до Эфиопии, пытаясь выяснить, какую цену планета и некоторые ее самые бедные жители платят за нашу непреодолимую жажду моды - и как решить эту проблему.

Как они это делают?

Модные бренды подвергаются двойному давлению - дать одежду "как на подиумах" за умеренные деньги и одновременно принести прибыль инвесторам, что может привести к не слишком порядочной борьбе за дешевые ресурсы - явлению, которое критики называют "погоней за иглой" по всему миру.

Тяжелое положение людей, которые шьют нашу одежду, оказалось в центре внимания в 2014 году, когда 1138 рабочих погибли в результате обрушения фабричного комплекса Rana Plaza в Бангладеш.

После этой катастрофы на модные бренды начали оказывать сильное давление с целью улучшения условий труда, и оно дало результаты. Некоторые крупные компании - такие как H&M и Converse - начали публиковать списки своих поставщиков, а иногда и субподрядчиков - которых могут быть тысячи - в ответ на призывы к большей прозрачности.

Эпоха "потогонок" - в прошлом?

Но последние тенденции имели непредсказуемые последствия. Когда заработная плата в Бангладеш выросла, компании начали искать рабочую силу в других местах, чтобы все-таки уменьшить расходы.

Например, в Эфиопии зарплата за такую ​​работу составляет в среднем лишь треть суммы, выплачиваемой в Бангладеш. Типична плата менее 7 долларов в неделю. На условиях анонимности работники фабрики около Аддис-Абебы рассказали нам, что жить на такие деньги невозможно.

Также они жаловались на невыносимые условия - от антисанитарных туалетов до словесных оскорблений.

Международное внимание к этой ситуации привлекла правозащитная организация Workers Rights Consortium. Автор отчета Пенелопа Кирицис рассказала нам о работниках, которым не платили сверхурочные, и о женщинах, которым при приеме на работу щупали живот, чтобы проверить, не беременны ли они. По ее словам, после обнародования отчета несколько месяцев назад ощутимого улучшения не произошло.

Стремясь победить в жесткой конкурентной борьбе, правительство Эфиопии начало чуть не рекламировать дешевую стоимость рабочей силы в стране.

Но гКирицис говорит, что швейная промышленность страны не может оправдываться тем, что по крайней мере она обеспечивает людям средства к существованию там, где больше это делать некому.

Она подчеркнула "чрезвычайно высокую текучесть кадров, когда работники уходят с государственной работы на другие рабочие места, чтобы потом снова работать в других неофициальных отраслях или в сельском хозяйстве".

Орсола де Кастро стала соучредителем правозащитной группы Fashion Revolution после катастрофы в Rana Plaza. Ее организация поощряет клиентов ставить более жесткие вопросы любимым брендам - с помощью открыток.

"Существует два основных ложных представления, касающихся экологичности и этики. Одно из них - во всем виновата "быстрая мода", и это как бы снимает вину с сектора "высокой моды", тогда как на самом деле вопрос нужно ставить всей эфиопской индустрии моды", - сказала она BBC.

"А второе - это то, что местное производство всегда этично и экологично. Это не так", - добавила она.

Как насчет экологии?

Производство текстиля, как утверждают, больше влияет на климатические изменения, чем авиация и судоходство вместе взятые. И такие последствия присутствуют на каждом этапе жизненного цикла предмета одежды - поиск ресурсов, производство, транспортировка, розничная торговля, использование и утилизация.

Начнем с того, что все гораздо сложнее, чем деление на "хороший" хлопок и "плохую" синтетику. Хлопок - очень влаголюбивая культура.

Как отметил в недавнем отчете Комитет по аудиту окружающей среды Палаты общин Великобритании, для изготовления одной хлопчатобумажной рубашки и пары джинсов требуется до 20 000 литров воды. В комитете пришли к выводу, что "мы невольно надеваем запасы пресной воды Центральной Азии".

В то же время, рубашка из полиэстера имеет гораздо больший "углеродный след". Транспортировка одежды делает его еще большим, а окрашивание ткани также добавляет в атмосферу загрязняющих веществ.

Частицы микропластика попадают в воду, и это становится все большей проблемой - один цикл стирки в стиральной машине может высвобождать сотни тысяч таких частиц.

Кроме того, в Британии ежегодно утилизируют миллион тонн одежды, и 20% его оказываются на свалке.

Одна или две импульсивные покупки очень быстро превращаются в настоящий снежный ком. Но кто должен его остановить?

Что делает правительство?

Комитет по аудиту окружающей среды Палаты общин дал 18 рекомендаций - от вычета одного пенни из цены каждого товара на финансирование центров утилизации и снижения ставки НДС на услуги по ремонту одежды до введения новых уроков по шитью в школах. Пока ни одна из этих мер не была принята.

Критики говорят, что если мы серьезно относимся к экологической моде, целью политики должно быть убедить нас покупать меньше. Для этого могут потребоваться более радикальные действия, вроде экологического налога на одежду. Но учитывая шаткое состояние сегмента розничной торговли и важность потребительских расходов для экономики, трудно представить политического деятеля, который будет это продвигать.

Сейчас правительство выступает за добровольный подход, поощряя розничных торговцев присоединиться к Плану действий по экологичной одежде - но количество участников составляет менее половины рынка Великобритании.

Что на самом деле делает бизнес?

С ростом давления со стороны потребителей, розничные торговцы начинают брать ситуацию в свои руки.

Неподалеку от испанского прибрежного города Корунья расположена штаб-квартира компании Inditex. Вы могли не слышать этого названия - но точно слышали о ее главном модном бренде - Zara.

Компания, которая начиналась как небольшой бизнес по производству одежды, стала одним из крупнейших розничных продавцов одежды на планете. Более того, Zara изменила и то, как и что мы покупаем - всего через три недели после появления новых образов на подиумах, похожие вещи уже лежат на полках их магазинов - и по доступной цене.

Недавно эта сеть пообещала полностью перейти на экологичные ткани до 2025 года. Конечно, подобные шаги делает не только Inditex - от H&M до M&S, модные бренды стремятся улучшить свои производственные процессы.

"Зеленый пиар"? Что ж, некоторые крупные бренды по крайней мере пытаются делать шаги в этом направлении. Но в основе их бизнес-модели лежит новизна, которая убеждает нас продолжать покупать - если нас вообще нужно в этом убеждать. Но не должны ли они, наоборот - убеждать нас покупать меньше?

Пабло Исла из Zara утверждает, что нет - продавцы лишь удовлетворяют желания потребителей, и эти потребители должны иметь свободу выбора, говорит он.

А как насчет самих потребителей?

Когда протесты против изменений климата произошли под их окнами, будущие дизайнеры из Лондонского колледжа моды заявили, что они присоединятся к модной забастовке - обещая не покупать новые вещи в течение нескольких месяцев, а то и года. Такие действия приобретают все большую популярность, и все больше делают акцент на покупке качественной одежды - а также на ремонте уже имеющейся.

Один из дизайнеров, с которыми мы встретились, даже взялся за изготовление одежды из множества палаток, которые оставляют на музыкальных фестивалях.

Но этого может быть недостаточно. С ростом влияния "инфлюэнсеров" в соцсетях также возникают опасения относительно влияния, которое они могут оказать на наше отношение к покупкам.

Каждый шестой "инфлюэнсер" признает, что не появляется в соцсетях в одном и том же наряде несколько раз.

Экоактивистка Ливия Ферт использует появления на красной дорожке вместе со своим мужем Колином для демонстрации экологичных тканей, в частности "кожаных" сумок из кожи рыб. Она даже убедила мужа одеть смокинг, изготовленный из переработанных бутылок. Ферт говорит, что инфлюэнсеры должны изменить свой подход, и добавляет, что "если бы Ким Кардашьян пропагандировала экологическую моду, я бы могла уйти на пенсию".

Она сравнивает наши отношения с модой с зависимостью. Учитывая, что спрос на одежду в течение следующего десятилетия должен вырасти до эквивалента 500 млрд футболок, возможно, она права.

Но лекарства от этой зависимости пока не изобрели.

Следите за нашими новостями в Twitter и Telegram