Заявление
российского президента Владимира Путина об испытании безэкипажного подводного
аппарата с ядерной энергетической установкой «Посейдон», как и аналогичное
сообщение о крылатой ракете «Буревестник» за несколько дней до этого, довольно
трудно проверить. Никаких доказательств Россия пока не привела.
При этом, в отличие
от летательного аппарата с ядерной энергетической установкой, в подводном
аппарате вероятность появления «радиоактивного следа» минимальна — реактор на
такой безэкипажной субмарине полностью закрыт. Поэтому невозможно отследить эти
испытания по появлению радиоактивных изотопов в воздухе.
Пуск «Буревестника»
подтвердила Норвегия, но факел ракетного двигателя был, вероятно, хорошо
заметен на радарах, подводный аппарат отследить труднее.
Отношение к
стратегическому ядерному оружию — особенно нового типа — не может быть
легкомысленным, и поэтому даже простого заявления достаточно, чтобы к этому
отнеслись всерьез. Прежде всего — в Вашингтоне. Ведь и «Буревестник», и «Посейдон»
обладают сверхбольшой дальностью, которая нужна для ударов по США.
Принцип действия «Посейдона»
отличается от традиционного стратегического ядерного оружия — баллистических
ракет. Считается, что ядерный взрыв произойдет под водой у берегов страны,
против которой он применяется. Однако целесообразность такого взрыва все еще
сомнительна — нет доказательства разрушительной силы возможного цунами, а также
вредоносных последствий заражения воды.
«Посейдон», как и «Буревестник»,
был одним из пяти новых вооружений, о которых Путин рассказал во время послания
Федеральному собранию в 2018 году. Три других — межконтинентальная ракета «Сармат»,
гиперзвуковой планер «Авангард» и аэробаллистическая ракета «Кинжал»,
единственная, которую выпускают серийно.