Ученый спас миллионы людей от голода

В начале 1900-х годов молодые Кэти и Каппи Джонс уехали из штата Коннектикут в США, чтобы начать новую жизнь фермеров в северо-западной мексиканской долине Яки - малоизвестном сухом и пыльном месте, в нескольких сотнях километров к югу от границы с Аризоной.

Когда Каппи умер в 1931 году, Кэти решила остаться. К тому времени у нее появился новый сосед: исследовательская станция долины Яки, большой сельскохозяйственный исследовательский центр с удивительными каменными столбами и разумно спроектированными оросительными каналами.

Некоторое время центр выращивал скот, овец и свиней, а также апельсины, инжир и грейпфруты.

Но к 1945 годк поля заросли, ограждения обвалились, а окна были разбиты. Станцию ​​заполонили крысы.

Потому когда Кэти услышала странные слухи о молодом американце, который поселился в этом полуразрушенном месте - несмотря на отсутствие электроэнергии, санитарии или даже просто проточной воды - она ​​приехала, чтобы посмотреть, в чем дело.

Там она нашла Нормана Борлоуга из Фонда Рокфеллера, пытавшегося выращивать пшеницу, которая могла бы противостоять зерновой ржавчине - болезни, погубившей много культур.

Южнее, где он должен был базироваться, сеять нужно было весной, а урожай собирать осенью. Здесь же он планировал воспользоваться особенностями климата, чтобы сеять осенью, а урожай собирать весной.

Однако у Фонда не было разрешения работать в этом регионе, поэтому официально он не мог там находиться.

Это означало отсутствие техники и любой помощи, чтобы сделать это место пригодным для жизни. Но он все равно оставил жену Маргарет и дочь Дженни в Мехико и приехал сюда.

"Мне часто казалось, что я сделал ужасную ошибку, согласившись на эту должность в Мексике", - признался он в эпилоге своей книги "Норман Борлоуг о всемирном голоде".

Но он был полон желания решить проблему голода, которую видел собственными глазами. "Я - продукт худшей депрессии", - сказал он изданию Dallas Observer в 2002 году.

Кэти смилостивилась над молодым человеком - учила его испанскому языку, делилась едой, давала возможность мыться и стирать одежду. Позже он сказал, что без ее помощи не выжил бы.

Она также повезла его в ближайший город, Сьюдад-Обрегон, где - 23 года спустя - главную улицу переименовали в его честь.

В том же 1968 году биолог из Стэнфорда Пол Эрлих и его жена Энн (которая не указана автором) опубликовали книгу, имевшую эффект бомбы.

В работе под названием "Популяционная бомба", они отмечали, что в бедных странах, таких как Индия и Пакистан, население росло быстрее, чем производство продовольствия.

Они предполагали, что в 1970-х годах "сотни миллионов людей умрут от голода".

К счастью, Эрлих ошибался, не зная, что делал Борлоуг.

Позже Борлоугу присудят Нобелевскую премию мира за годы, которые он провел между Мехико и долиной Яки, выращивая тысячи и тысячи сортов пшеницы, и внимательно отмечая их особенности: этот сорт противостоял одному типу зерновой ржавчины, но не другому; второй сорт давал хорошие урожаи, но из него выходил плохой хлеб; и так далее.

Он не мог исследовать ДНК пшеницы, чтобы выяснить, какие гены отвечали за какие качества, потому что до разработки этой технологии оставались еще десятилетия.

Но он мог скрещивать сорта, которые имели определенные хорошие характеристики, и надеяться, что какой-то из полученных новых сортов будет иметь все хорошие качества и ни одного плохого.

Это была кропотливая работа, но в итоге она принесла плоды.

Борлоуг разработал новые сорта "карликовой" пшеницы, которая была устойчива к зерновой ржавчине, приносила хорошие урожаи, и - главное - имела короткие стебли, поэтому они не ломались на ветру.

Путем дальнейших исследований он разработал схему того, как максимизировать свой урожай - насколько далеко нужно сажать пшеницу, насколько глубоко, сколько использовать удобрений и сколько воды.

К 1960-м годах Борлоуг уже путешествовал по миру, чтобы распространять знания о своих исследованиях. Это было нелегко.

В Пакистане директор исследовательского института сообщил, что они попытались вырастить его пшеницу, но урожайность была мала.

Борлоуг вскоре понял, почему. Игнорируя его инструкции, они сажали растения слишком глубоко, слишком далеко друг от друга, а также без подкормки и прополки.

Мужчина удивленно ответил: "А ведь именно так сажают пшеницу в Пакистане".

Многие не могли себе представить, что революция возможна.

Около полувека урожайность пакистанской пшеницы была стабильной: никогда не выше 360 кг на акр. Мексиканские фермеры теперь получали в три раза большие урожаи.

Так, возможно, стоит попробовать перенять сельскохозяйственную методику из Мексики? Нет, сказал выдающийся академик: "Эти цифры доказывают, что урожайность пшеницы в Пакистане никогда не вырастет!"

С людьми, которые его не понимали, Болроуг говорил без обиняков - независимо от того, кто они были. В Индии он вступил в перепалку с вице-премьером.

В конце концов, его умение спорить помогло. Развивающиеся страны начали импортировать семена и методы Борлоуга. И с 1960 по 2000 год их урожайность пшеницы утроилась.

Аналогичная работа шла и относительно кукурузы и риса. Этот процесс назвали "зеленой революцией".

Эрлих предвидел массовый голод, но население мира выросло более чем вдвое, и производство продовольствия продолжало расти вместе с ним.

И все же волнение по поводу перенаселения никогда не исчезало. Это один из древнейших вопросов в экономике, который задавал еще первый в мире профессор "политической экономии" Мальтус.

В 1798 году Мальтус опубликовал "Очерк о принципе народонаселения", в котором сделал простое наблюдение: население увеличивается в геометрической прогрессии - два, четыре, восемь, шестнадцать, тридцать два. Производство же продовольствия - нет.

Рано или поздно, утверждал он, людей обязательно будет больше, чем еды, и это будет иметь очень неприятные последствия.

К счастью для нас оказалось, что Мальтус недооценил тот факт, что когда люди становятся богаче, они обычно имеют меньше детей, поэтому рост населения замедлился.

На самом деле, 1968 год, когда Пол Эрлих делал свои страшные прогнозы, стал также годом, в котором глобальный рост численности населения начал замедляться. Годовой прирост снизился с пика 1968 года в 2,09% до 1,09% в 2018 году.

Мальтус и Эрлих также недооценивали то, воплощением чего стал Борлоуг: человеческую изобретательность.

Но несмотря на то, что рост населения замедлился, ООН все еще предполагает, что к концу века мы прибавим еще несколько миллиардов.

Некоторые эксперты опасаются, что урожайность продуктов не увеличивается достаточно быстро, чтобы соответствовать этому темпу.

Прогресс замедлился, и количество проблем растет: изменение климата, нехватка воды, загрязнение удобрениями и пестицидами.

Это проблемы, которые сама зеленая революция лишь усугубила. Некоторые говорят, что она провоцирует бедность, благодаря чему население продолжает расти: удобрения и орошение стоят денег, которых у многих крестьянских семей нет.

80-летний Пол Эрлих сейчас утверждает, что он не так сильно ошибался. Возможно, если бы Мальтус был еще жив, он сказал бы то же самое.

Но может ли человеческая изобретательность снова стать ответом на эти новые вопросы?

Поскольку стала возможной генетическая модификация, то в основном речь идет об устойчивости к болезням, насекомым и гербицидам.

Хотя это повышает урожайность, однако никогда не было конечной целью.

Теперь фокус начинает смещаться. И агрономы только начинают исследовать инструмент редактирования генов CRISPR, который может делать то, что в свое время делал Борлоуг - только гораздо быстрее.

Что касается Борлоуга, то он видел, что его работа привела к проблемам, с которыми не удается эффективно справиться, но ставил простой вопрос - лучше иметь несовершенные способы выращивать больше пищи или лучше, чтобы люди умирали от голода?

Этот вопрос мы, возможно, будем задавать в последующие десятилетия.

Следите за нашими новостями в Twitter и Telegram